Прошел важнейший политический цикл в стране, избиратель сказал своё слово, результаты, как говорят в спорте, на табло, и настало время подведения определенных итогов. Цифры пока предварительные, но основной расклад уже понятен.
Одномандатный округ. С почти двукратным перевесом от ближайшего конкурента победил выдвинутый партией «Единая Россия» Александр Штыгашев. Чуть более 20% набрал выдвинутый КПРФ, но не коммунист Валерий Старостин, на третьей строчке расположился представитель партии «Новые люди» Иван Мисюк. Битвой всё происходящее назвать очень сложно. Кампания выглядела вялотекущей или своего рода инерционной. Тем не менее определенные знаковые моменты можно выделить.
Михаил Молчанов, который целился на многое, но получил практически как всегда. Именно в этой кампании между цифрами и образом ЛДПРовца ощущается некоторый диссонанс. Главный либерал-демократ Хакасии подтвердил своё реноме сильного спикера и дебатера. По мнению нашей редакции, в цикле дебатов выборной кампании 2026 года он был лучшим, как в части персональных выступлений, так в партийной концепции. Но спикерство и пламенные речи далеко не залог победы. По нашим наблюдениям, у Михаила Молчанова высокая узнаваемость в республике, но слабая готовность избирателя выбрать именно его. Возможно, это объясняется его эпатажностью и определенной однобокостью: раз за разом с трибуны Верховного Совета он критиковал коммунистов. В кулуарах его давно окрестили соратником Сергея Сокола и исполнителем заказов «Единой России». Если следовать конспирологическим теориям, то косвенное подтверждение мы видели и на этих выборах. Молчанов от привычной критики коммунистов перешел к публичным поркам Сергея Сокола и «Единой России». Выглядело немного удивительно, но технологически этому есть объяснение. Можно предположить, что роль Михаила была в оттягивании на себя голосов тех, кто недоволен ЕР, тем самым забирая их у КПРФ. Но не факт, что получилось, учитывая образ Молчанова, годами голосующего синхронно с ЕР. Кроме того, критика критикой, но люди хотят видеть реальную работу кандидатов. В период выборной кампании Михаил Александрович старался держать руку на пульсе событий. К примеру, запомнилось его подключение к топливному кризису.
- Подробнее: Обеспечить пост Госавтоинспекции на АЗС — вице-спикер парламента Хакасии обратился к министру МВД
При этом Михаил Молчанов работал до последнего. В дни голосования он выкладывал ролики о том, как объезжал избирательные участки, при этом сам монтаж этих роликов, озвучка и раскадровка внушали симпатию к кандидату — подчеркивали его энергичность. Тот же Валерий Старостин, занявший второе место, в воскресенье как будто выбросил белый флаг. Он тоже опубликовал ролик, но в нём уже драйвом не пахло, ощущалась усталость Валерия Николаевича, да и его слова: «Дорогие друзья, наконец-то закончилась предвыборная кампания…» — вызывали удивление. По формулировке-то, может, и правильно, предвыборная кампания — это то, что происходит до процесса голосования, но по факту мы знаем, что для кандидатов, выгрызающих победу, кампания не заканчивается даже тогда, когда закрываются УИКи и начинается подсчет голосов: контроль процесса должен идти до последней минуты.
Возвращаясь к Молчанову, можно отметить, что при всей его энергичности и медийной сильной стороне, думается, такая технология работает при выборах обычных депутатов, а не при выборах главного законодательного органа страны. Избиратели всё же хотят видеть багаж дел, реноме через призму лет, и на посту вице-спикера Верховного Совета, который Молчанов занимает уже три года, он мог бы представить таковой в гораздо большем объеме.
Иван Мисюк. Не сказать, что он прямо открытие для политического поля Хакасии, всё-таки он действующий депутат Черногорского совета депутатов, стабильно проводил проекты под знаменем партии «Новые люди». Но всё же выборы депутата Госдумы — это практически высшая лига, и тот, кто готов преодолевать эту дистанцию достойно, вызывает уважение. Больше того, место в итоговой тройке лидеров — это то, что будет прописано в истории. Иван Мисюк вполне хорошо смотрелся на дебатах, хоть и не все посетил. В принципе, дебаты этого цикла были малопосещаемы кандидатами и слабо распространялись в интернет-пространстве. Возможно, что в принципе у кандидатов был кризис идей, которые должны были захватить широкое информационное поле, но Мисюк в этой части как раз выглядел очень достойно. В дебатах он отличался своей подачей, экономической концепцией, сбалансированной политической линией без обвинений кого-либо из конкурентов. Не растекаясь мыслью по древу, Иван Иванович выделил для себя принципиальный смысловой пласт — газификацию через освоение месторождений Хакасии, что умело использовалось как при обсуждении вопросов экономики, так и экологии.
Такой стратегический подход, отсутствие токсичности от нападок на других, как и его образ в наружной рекламе — белая рубашка с подвернутыми рукавами — образ предпринимателя, готового к кропотливой работе, импонировали. В то же время он молод и очень синхронно попадал в образ «новых». Для будущих достижений в политике Иван Мисюк явно может занести пройденную выборную кампанию в репутационную копилку.
Основные претенденты — оппоненты
Александр Штыгашев. По большому счету, он остался загадкой. Дебаты игнорировал, что его не красило и выглядело как неуважение к избирателю. Здесь даже стоит напомнить слова Памфиловой, приведенные в ТАСС: «Государство предоставляет время — приходи, если ты такой замечательный, убеди своих [избирателей]. А если человек пренебрегает, значит, ну какой он депутат? Я думаю, что таких людей никто и не изберет. Поэтому это им будет хороший щелчок по носу». Избрали, но осадок точно остался.
Реальных дел в его копилке было не видно, как и широкой агитационной кампании. Сомнительно выглядели и баннеры с ним, где он смотрел на народ как бы исподлобья. Фамилия играла как в плюс, так и в минус, потому как кумовство не очень любят, и это даже не наш вывод, а вывод профессиональных политических аналитиков.
Почти в финале кампании из Штыгашева попытались слепить рукопожатного политика в кабинетах Правительства РФ, выдав несколько фотографий с министрами, но у многих это вызывало просто улыбку. Это в Хакасии уже проходили с Сергеем Соколом. Уж в 2021 году так раздувались его якобы федеральные возможности, что чуть ли не мессией он представал в образе, рисуемом СМИ. А в итоге получился пшик и даже отказ от мандата. Тем не менее мы уже говорили на примере Михаила Молчанова, что участие в дебатах и широкая известность — далеко не залог успеха. Александр Штыгашев, по нашему мнению, вёл выборную кампанию расчетливо-математически. Во-первых, несмотря на то, что он был выдвинут ЕР, держался на дистанции от секретаря регионального отделения Сергея Сокола, которого до сих пор в республике многие не приняли. Во-вторых, на первое место был поставлен не пиар, а расчет. Если посмотреть географию его встреч с избирателями, то это были коллективы, так или иначе связанные с компанией РУСАЛ, пока что последним местом работы Александра Штыгашева. Это один из способов электоральной мобилизации — использовать корпоративный принцип для нужного результата. Также было ясно, что ему даст хороший процент голосов Абакан, потому как здесь сильная рабочая система достижения выборного результата Алексея Лемина, заинтересованного в результате партии в целом. Саяногорск — русаловская история, Сорск тоже. Для Абазы достаточно поддержки Александра Жукова. Ещё одна лояльная к РУСАЛу территория — Алтайский район в силу предпочтений Ирины Войновой. В Ширинском районе — агрохолдинг алюминщиков. Здесь спорно, в плюс пошло это Штыгашеву или в минус, потому как «русаловские поля» выдавливают в деревнях фермеров, но бюджетников глава района Диринг и серый его кардинал Зайцев точно дали в общую копилку. Плюс к этому национальные территории — Аскизский и Таштыпский районы. Как мы видим, даже если бы русаловский протеже под флагом «Единой России» совсем ничего не делал, у него изначально был солидное преимущество перед конкурентами. Чтобы побеждать в такой ситуации прямому оппоненту, нужна была сила, харизма, пламенное сердце, если хотите.
Валерий Старостин. Именно пламенного сердца в данном цикле мы, к большому сожалению, не увидели. Подчас складывалось ощущение, что Валерий Старостин не то что не хочет побеждать — участвовать как будто было в тягость. Не исключено, что психологически над ним довлело поражение 2021 года, а может, он потерялся перед тем, что его оппонентом был Александр Штыгашев, потому как долгие годы Валерия Старостина и деда Александра Штыгашева, Владимира Штыгашева, связывали теплые отношения. К тому же мало кто в начале выборной дистанции считал Александра Штыгашева сильным конкурентом, и Старостин мог подумать, что выборы будут легкой прогулкой к победе. Больше того, если в 2021 году приходилось воевать с Сергеем Соколом, который был явно харизматичен в том периоде и выглядел своего рода захватчиком, вызывающим задор на сражение, то как было биться с тем, кто и на дебаты не приходит, и особо не светится? Может, это стало нерешаемой загадкой. К слову сказать, секретарь регионального отделения «Единой России» всё-таки на фоне своего реноме 2021 года и малоизвестного внука Штыгашева подпортил свой имидж.
Еще одной грубой ошибкой вроде бы очень опытного политика Старостина можно считать то, что в самом начале кампании в одном из интервью он заявил, что станет коммунистом в случае победы на выборах. Учитывая, что Старостин — руководитель фракции КПРФ и поддерживался коммунистами несколько лет, под их флагом участвовал в 2021 году, для части избирателей это выглядело как-то спекулянтски, как минимум — не совсем идейно. Дождемся итоговых протоколов голосования за партии, но, думается, КПРФ в целом показала результат лучше, чем персонально Валерий Старостин. Вроде бы речь опытного политика на дебатах выглядела стройно и грамотно, но запала не ощущалось. И даже если представить гипотетически, что Игорь Арчимаев, который не состоялся как кандидат-самовыдвиженец, поддержал в финале не Штыгашева, а Старостина, это качнуло бы сильно чашу весов. В принципе сложно рассуждать о том, что Арчимаев мог бы положить в электоральную копилку. Нет у него подтвержденного рейтинга. Сданные подписи в свою поддержку в Избирком таковым рейтингом считать неправильно. Избирательная комиссия так и не озвучила, сколько в принципе этих подписей было правильных — не крестик или галочка, схожие с ответом в соцопросе, а реально удостоверенных, с корректными паспортными данными и автографами, подтверждающими полноту решения избирателя. Пока голоса Арчимаева — это гипотетическое облако и вероятность с большой погрешностью. Думается, что предположения о том, что он как-то серьезно повлиял на исход, далеки от истины.
В этой части гораздо важнее обратить внимание на другой момент, который стоит выделить отдельно. Несмотря на то, что кандидаты не представили, на наш взгляд, экономической концепции Хакасии, только Александр Штыгашев был ближе всех к реальному сектору экономики, проводя встречи с коллективами заводов и угольных разрезов. От прямого конкурента Старостина такого не припомним. Коллективы угольщиков, алюминщиков и производства в целом — это не только реальные голоса, это образ того, что экономика — базис, а политика — надстройка, что Хакасии в целом сейчас и необходимо. Посмотрим, как будет реализовано это на практике. Хотелось бы верить, что выбранный депутат Госдумы займется не лоббированием интересов алюминиевой компании, не будет безмолвным нажимателем кнопок, растворенным в большой фракции ЕР, а что-то сделает хорошее для республики. Впереди пять лет, и мы будем внимательно за этим следить.
Александр Рыков
