Зачем нужна реформа, при которой власть не придёт, а уйдёт?

Благодаря депутату Государственной думы Алексею Куринному на передний план вдруг заново выскочила отложенная до 2028 года реформа местного самоуправления.

Поломав изрядное количество копий на тему «быть в Хакасии одноуровневой или двухуровневой системе муниципальной власти», мы как-то успокоились. Тем более что атаки на вето главы Хакасии Валентина Коновалова, наложенное им на принятый Верховным Советом республики закон об одноуровневой системе, неожиданно прекратились. Однако вопрос с повестки дня никуда не исчез, и возникшее затишье, скорее всего, связано с наступившими думскими выборами. Поэтому рано или поздно тема вновь обострится, и как раз Алексей Куринный задал набившему оскомину разговору новый ракурс.

Ведь до сих пор мы бились лишь за народное волеизъявление, за близость власти к народу и за прочие политические лозунги. Однако Алексей Владимирович на примере Красноярского края, где реформа была проведена быстро и жёстко, наглядно показал такую сторону реформы, как оптимизация-сокращение всего, вся и везде. Тем более что соседний край поспешил ликвидировать не только сельсоветы, но и целые исторически сложившиеся районы. К чему это ведет? Естественно, к тому, что в одном муниципальном округе не может быть двух администраций, двух районных больниц, двух районных отделов милиции, двух районных Домов культуры, двух управлений образования, соцзащиты, МЧС и так далее. И если речь даже не идёт о полной ликвидации перечисленных организаций, где-то в одном из двух объединённых мест всё равно кого-то придётся сократить, ужать, урезать, уменьшить, ослабить, понизить. То есть качество жизни территорий, в одночасье оказавшихся не центральными, а отдалёнными, очевидным образом ухудшится. На это и указал депутат Куринный.

Что по Хакасии? Сторонники одноуровневой системы власти клятвенно убеждают нас, что ничего не изменится, что вы как ходили за справками в свой сельсовет, так и будете ходить. Мол, только вывеска поменяется и вместо избранного главы будет назначенный управленец из района. Но в чём тогда смысл реформы? Зачем её вообще проводить, если ничего не изменится? Ради разовой экономии на выборах? Ну, так она и будет разовой, а в остальном разрыв сложившихся связей. Да, нам говорят, что улучшится управляемость территориями. Это избранный глава сельсовета мог сказать главе района: «Я не согласен!» Назначенец лишь возьмёт под козырёк, никогда не проявит инициативу, не станет обивать пороги вышестоящего начальства и не станет поднимать волну по поводу не решаемых вопросов. Смирный, послушный, и как следствие — очень вероятно, что бесполезный. Боясь за своё место, жилы не порвёт и главу округа лишний раз не побеспокоит. А тому разве есть время на какие-то далёкие сёла и деревни? Своих забот полный рот. И это в лучшем случае! В худшем и в самом вероятном, та самая оптимизация-сокращение пройдёт повсеместно и тогда за каждым чихом людям придётся ездить именно в район — или, по-новому, в округ, — ибо сам район к ним никогда не поедет. Разве что в случае аварии, катастрофы и прочих чрезвычайных ситуаций. Но республика и без того в пожарном ритме решает такие проблемы поселений.

А тогда опять же напрашивается вопрос: зачем нужная такая реформа, при которой власть не придёт, а уйдёт? Ответа на него нет, опыта подобной работы в современных условиях нет, и как оно всё будет — никто не знает. Может, стоило для начала провести эксперимент на паре субъектов с тем, чтобы убедиться, что есть смысл делать столь резкие движения или стоит модернизировать существующую модель двухуровневой муниципальной власти…

Константин Обеленский