«Пульс Хакасии» продолжает серию материалов с участием федерального эксперта Дмитрия Тортева. На этот раз он обращает внимание на нарастающую онкологическую угрозу в республике — высокий уровень заболеваемости, острый кадровый голод и критический дефицит диагностических возможностей — и подчёркивает роль межрегионального сотрудничества и внедрения технологий, в том числе систем с искусственным интеллектом для теледиагностики как практического решения для раннего выявления и повышения точности диагностики.
***
С приставкой в диагнозе – «онко»
В Хакасии сложилась парадоксальная ситуация: уровень онкологической заболеваемости в регионе один из самых высоких в Сибири, а возможностей для качественной диагностики критически не хватает. Более 12 тысяч жителей республики находятся под диспансерным наблюдением с онкологическими заболеваниями, и ежегодно этот показатель растет. При этом детского онколога в регионе нет с 2024 года, а первичное звено испытывает острейший дефицит кадров. В таких условиях критически нужно решать проблему доступа и апробации в регионе федеральных решений в части диагностики и телемедицины. Те управленцы и политики, которые смогли бы решить в нашей республике проблему диагностики онкобольных, доказали бы делом свою способность решать острые проблемы региона.
Экология как драйвер заболеваемости
Связь между экологической обстановкой и онкологической статистикой в Хакасии не требует сложных доказательств и знакома каждому жителю нашей республики. Абакано-Черногорская агломерация, где проживает большая часть населения республики, ежегодно выбрасывает в атмосферу более 100 тысяч тонн вредных веществ. По официальным данным ВНИИ экологии, только в Абакане объем выбросов составляет 67,5 тыс. тонн в год, в Черногорске — ещё 35,8 тыс. тонн.
Основные источники загрязнения хорошо известны: частный сектор с печным отоплением, отдельно взятые разрезы, угольные терминалы, промышленные предприятия, включая Саянский алюминиевый завод.
В таких условиях неудивительно, что рак легких, бронхов и трахеи стабильно входит в тройку самых распространенных онкологических заболеваний в Хакасии, наряду с раком молочной железы и кожи. Это подтверждает и мировая практика: исследования убедительно доказывают прямую корреляцию между длительным воздействием продуктов сгорания угля и повышенным риском развития злокачественных новообразований органов дыхания. В любом угледобывающем регионе мира, не только в Хакасии — от Китая до американских Аппалачей, фиксируется устойчиво повышенный уровень заболеваемости раком легкого даже с поправкой на курение.
Кадровый голод как системное ограничение
При штатной потребности в 47 онкологах в республике работают 34 специалиста. Детского онколога у нас нет вовсе — предыдущий специалист покинул регион в 2024 году, и найти замену, насколько известно, не удалось до сих пор.
Проблема кадрового дефицита в Хакасии носит структурный характер. По данным Счетной палаты РФ, озвученным в марте 2025 года на правительственном часе в Госдуме, общий дефицит врачей в России превысил 23 тысячи человек. В таких условиях Хакасия, с ее невысокими зарплатами и сложной экологической обстановкой, предсказуемо проигрывает конкуренцию за специалистов более богатым регионам.
Можно было бы справляться с лечением онкозаболеваний, если бы их диагностика, осуществляемая в основном врачами первичного звена — терапевтами, хирургами, гинекологами — была на высоте. Однако и этого мы не наблюдаем, число вакансий врачей составляет порядка 400 позиций уже много лет. Кадровый голод напрямую влияет на статистику выявляемости онкологических заболеваний. По итогам диспансеризации 2025 года в Хакасии из 119 впервые выявленных случаев злокачественных новообразований только 54 (менее половины) обнаружены на ранней стадии. Для сравнения: в регионах, активно внедряющих современные диагностические технологии, этот показатель достигает 60–65%.
Технологические решения и их возможности
Пока Хакасия пытается решить кадровую проблему традиционными методами, стоило бы рассмотреть принципиально иной подход. Необходимо договариваться с более обеспеченными регионами о совместном использовании платформ диагностики и телемедицины. Этим можно закрыть потребности Хакасии в анализе КТ, МРТ, маммографии и рентген-снимков. При этом не исключаю, что удалось бы договориться и о том, чтобы какой-либо субъект Российской Федерации полностью взял на себя финансовые затраты по работе такой системы, чтобы не перегружать и без того напряженный бюджет Республики Хакасия.
Что это означало бы на практике? Врач в республиканской или районной больнице загружает снимок КТ в систему и в течение нескольких минут получает предварительное заключение с разметкой подозрительных участков. Искусственный интеллект, который, к примеру, внедрён сейчас в столичных государственных клиниках, обучен на миллионах исследований и способен выявлять признаки целого спектра патологий: рака легкого, остеопороза позвоночника, аневризмы аорты, ишемической болезни сердца, легочной гипертензии и других заболеваний. Для нашего региона с дефицитом квалифицированных специалистов это означает принципиально иной уровень диагностической точности.
Важно подчеркнуть, что речь не идет о замене врача алгоритмом. Такие платформы выполняют функцию «второго мнения», снижая нагрузку на специалиста и минимизируя риск человеческой ошибки. Кадры всё равно придётся готовить, а имеющиеся вакансии, особенно самые «горящие» и проблемные, заполнять. Но в тех условиях, когда один онколог вынужден обслуживать тысячи пациентов, такая поддержка других государственных структур здравоохранения на межрегиональном уровне стала бы критически значимой.
Хакасия сейчас находится в уникальной ситуации. С одной стороны — экологическая нагрузка, формирующая устойчиво высокий уровень онкологической заболеваемости. С другой — кадровый дефицит, не позволяющий обеспечить своевременную диагностику традиционными методами. И при этом — возможность хотя бы частично за счёт государственных технологических решений компенсировать нехватку специалистов благодаря соглашениям о взаимодействии с другими регионами.
Такого рода практики не решат всех проблем республиканского здравоохранения — они даже в онкологии не заменят так нужных нашей республике хирургов, химиотерапевтов и радиологов. Но они способны обеспечить то, чего сегодня остро не хватает жителям Хакасии: раннее выявление заболеваний в условиях, когда кадровые проблемы не имеют быстрого решения. В онкологии каждый месяц промедления измеряется не статистическими показателями, а конкретными человеческими жизнями. И это тот случай, когда оперативное внедрение технологий и правильные управленческие решения действительно дадут онкопациентам Хакасии шанс, которого они сегодня лишены.
Дмитрий Тортев, секретарь общероссийского общественно-политического движения «Большая Россия»
От редакции добавим, что предложение межрегионального сотрудничества и использование ИИ выглядит достаточно привлекательно и перспективно, даже несмотря на то, что к уровню цифровизации и деятельности профильного государственного комитета в Хакасии возникают большие вопросы. Более подробно рассмотрим аспект использования ИИ в медицине Хакасии в одной из наших ближайших публикаций.
