Хакасский национальный музей-заповедник в Казановке во время высокого туристского сезона не упоминается разве что совсем ленивыми путешественниками по республике. И посмотреть там есть что – здесь природные достопримечательности, археологические и этнографические артефакты присутствуют в таком количестве, что и простое их перечисление займёт немало времени.
В своё время это послужило главным козырем, чтобы необыкновенные раритеты древней Хакасии оказались нетронутыми, «Пульс» уже знакомил читателей с этим фактом в материале «Как расчёт археолога спас Аскизский район и другие земли». В нём рассказывается, как археолог Владислав Могильников спас эту территорию от строительства горно-обогатительного комбината, который планировали разместить здесь в восьмидесятых годах прошлого столетия. Слава высшим силам и расчёту археолога, этого не произошло, и сегодня можно изучать все памятники древности, находящиеся здесь.
Сохранено многое, почти всё, за исключением Иней-тас, природного и сакрального памятника, где хакасы в течение веков получали помощь и благословение. Каменный останец, похожий на старуху, много веков помогавший хакасскому народу в труде, в печали и радости, был уничтожен в шестидесятых годах прошлого века. Причиной к этому послужил тот факт, что во время тяжёлых испытаний Великой Отечественной войны к этому месту, намоленному в течение столетий, вновь пошёл народ. К Иней тас (Каменная старуха), Иней хая (Скала старуха) и Иней паары (Подножие Иней) — столько у этой горы названий — вновь ходили её дети, с разными просьбами. Главная же — чтобы кончилась война и все отцы, братья, сыновья и дочери вернулись с победой в Хакасию.
И Иней тас была взорвана. Смысла в этом было немного, но что сделано, то сделано. Почему именно этот каменный памятник вызывал возмущение вандалов во все времена? И на этот вопрос нет ответа.
Виктор Яковлевич Бутанаев в своей работе «Бурханизм тюрков Саяно-Алтая» рассказывает: «Известное изваяние Иней тас стояло в долине реки Аскиз (левый приток Абакана, и ему поклонялись испокон веков хакасы из рода «том» (фамилия Мойнагашевых). В 1844 году Сагайская степная дума сообщала: «По левой стороне р. Аскиз против улуса Ондуровых в горах Иней находится камень, называемый бабою». Во второй половине XIX века ретивые миссионеры разбили каменного кумира, отколов у него голову, грудь и ноги. Но, несмотря на вандализм, люди продолжали совершать летом ежегодные «золотые жертвоприношения» (алтын тайыг) перед горой Иней тас. На прежнем местонахождении идола находилась площадка, огороженная плитами, где стояли каменные фигурки животных — овец, коров, лошадей. Это был скот Иней тас. Точно такой же набор животных встречался и при некоторых других каменных бабах, что свидетельствовало о скотоводческом образе жизни коренных обитателей Хонгорая».
По некоторым воспоминаниям можно установить хотя бы приблизительный облик памятника. Так, скала нависала над дорогой на высоте примерно тридцать метров и по форме действительно напоминала женщину, одетую в хакасскую шубу-тон. Этот памятник имел два основных значения: он был родовой горой Майнагашевых и покровителем скотоводства для всего местного населения. Здесь проводились таг тайыг, обряды жертвоприношений горному духу, покровителю рода. После перехода с зимника на летник люди собирались всем родом у подножия скалы. Мужчины поднимались к основанию скалы и приносили в жертву белую овцу с чёрной головой или же чёрную овцу с белой шеей. Шкура овцы вместе с головой и копытами вывешивалась на берёзовой палке у костра. Часть мяса и определённые кости со словами благопожелания горному духу участники обряда сжигали на костре, часть овцы варилась в котле и распределялась между родственниками. Перед ритуальной трапезой мужчины отправлялись к родовому дереву (сеок агазы) и повязывали на его веточки разноцветные ленточки-чалома. После того, как мужчины возвращались, остальные члены рода доставали и раскладывали на полосах бересты, сшитых конским волосом между собой, продукты и напитки. Обряд завершался общей трапезой. Более подробно узнать об этом можно в книге Леонида Ерёмина «Тропою горных духов. Археологические экскурсии по Хакасскому музею-заповеднику».
Леонид Валентинович много лет отдал изучению археологического, культурного и этнографического наследия Хакасии, он автор более 50 научных статей, научных и научно-популярных монографий по музейному делу и историко-культурному наследию народов Сибири. Музей «Казановка» отчасти его детище, для изучения которого ещё предстоит потрудиться.
«Коренные народы Сибири не считали себя хозяевами на этой земле, они были всего лишь гостями. И ежегодные обряды жертвоприношений можно воспринимать как элементы гостевого этикета людей по отношению к истинным хозяевам земли», — считает учёный.
Сейчас на месте Иней тас каменная осыпь, кустарники и деревья, где повязывают чалома. Там по-прежнему проводятся обряды — и после «смерти» гора пользуется особым почитанием. Проходя или проезжая мимо этого места, хакасы обязательно делают основной дорожный обряд кормления духов, сек-сек.
Можно ли восстановить древний памятник или хотя бы создать его копию? Ответа на этот вопрос нет, как нет или не найдены пока фотографии Иней тас. Есть только небольшой эскиз, составленный со слов местных жителей директором музея-заповедника Викторией Кулимеевой.
Между тем создание копий писаниц или изваяний и менгиров сегодня стало возможным благодаря множеству новых материалов, и если бы нашлись старые фотографии Иней-тас, либо кто-нибудь по словам бабушек-дедушек мог нарисовать её образ, то можно было бы создать копию сакрального памятника. Правда, дедушки и бабушки, видевшие Иней тас, в большинстве своём тоже ушли — но вдруг!
В то же время, если существует на это запрос, то вполне возможно будет отыскать изображения Иней тас в самых неожиданных местах — в истории Хакасии такое волшебство иногда случается.
Значит, будем надеяться на такое чудо.
Мария Орлова
P.S. Чудо произошло и надежды оправдались. Буквально через несколько дней после того, как материал был написан, удалось узнать, что, вероятно, есть два изображения Иней тас.
Первое — графический рисунок Ричарда Субракова, известного художника-графика. Ричард Иосифович родился в 1941 году в Казановке, он видел её не один раз. Изображение Иней тас он рисовал по памяти, в своей оригинальной точечной манере. Работа хранится у известного учёного-археолога, заместителя председателя Хакасского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Валерия Порфирьевича Балахчина.
Ричард Субраков изобразил личину Иней тас — там же, в левом углу холста, маленький карандашный набросок, изображающий весь каменный останец.
Также, по словам Валерия Балахчина, есть и фотография Иней тас, сделанная в конце XIX века Степаном Дмитриевичем Майнагашевым. Она предположительно хранится в Хакасском национальном краеведческом музее, и мы постараемся в скором времени узнать, так ли это.
