В последнее время в Хакасии стали с каким-то упоением считать и комментировать теневую занятость, выдавая это за некое откровение.
Хотя то, что сегодня в республике, где-то в удалении от официальной регистрации, налогообложения и статистики трудится десятая часть трудоспособного населения, вряд ли для кого-то секрет. Ибо такова природа сложившейся на сегодня ситуации. Вернее, по России она всегда была такой, с той лишь разницей, что временами в тени людей становится больше, временами меньше, но так было всегда. И отчасти это традиция — не делиться ни с кем своим кровно заработанным, отчасти вынужденная мера, поскольку государство начинает брать больше, а давать меньше. Но в любом случае это общероссийская проблема, а не сугубо проблема Республики Хакасия, как это хотят представить некоторые комментаторы, добавляя в виноватые губернатора-коммуниста.
Впрочем, и сам корень указываемых при этом проблем также произрастает неверно. Как это обычно говорится — «доля неформальной занятости в Хакасии может вырасти, если не будут приняты меры по снижению фискальной нагрузки на малый бизнес и реальной поддержке обрабатывающих производств». Отчасти всё так, но лишь отчасти. Во-первых, федеральные налоги республика ни контролировать, ни изменять по-своему хотению не может, а там, где можно, власти Хакасии, как установили льготный налоговый режим в 2021 году, так его и держат. Во-вторых, мер поддержки обрабатывающих производств в республике имеется целый перечень. К примеру, исходя из публичных слушаний конца 2025 года можно привести данные о том, что произошли структурные изменения в видовой структуре инвестиций где сократились инвестиционные вложения в добычу полезных ископаемых более чем на 40%, вместе с тем почти в 2 раза отмечен рост инвестиций в обрабатывающие производства, в том числе в производство пищевых продуктов в 2,4 раза.
Из доклада министра экономического развития: «За последние годы, благодаря эффективно выстроенной политике по привлечению федерального финансирования, одновременно с увеличением финансирования из республиканского бюджета, в развитие обрабатывающего сектора экономики вложено более 710 млн рублей, реализовано и реализуется 64 проекта стоимостью практически 1,5 млрд рублей. Рост обрабатывающей промышленности в прогнозируемом периоде будет обеспечен за счет увеличения финансирования. В течение следующих трех лет планируется вложить в развитие промышленности более 5 млрд рублей и реализовать более 80 проектов». Также надо учесть и то, что именно обрабатывающая промышленность входит в индивидуальную программу развития республики.
Вопрос же о том, достаточно ли таковых мер поддержки для того, чтобы люди вышли из тени, или нет, является обсуждаемым и до конца не закрытым. Но будем исходить из того, что правительство Хакасии всё, что было в его силах, уже использовало, и это в некоторой степени было подтверждено в ходе визита в Хакасию министра экономического развития России Максима Решетникова.
Что касается движения в направлении «замещения трудовых договоров самозанятостью и дробления бизнеса», то мы ещё раз подчёркиваем, это не индивидуальное движение Республики Хакасия, а общероссийская тенденция, ведь мы все находимся примерно в одинаковых условиях. Тот же федеральный министр Решетников во время приезда к нам говорил, что высокая доля участия в экономике малого бизнеса — это, безусловно, хорошо. Но все понимают, стоит только просесть бизнесу крупному, как та же участь настигает всех участников рынка.
Так что вряд ли кому-то в локальном режиме удастся мгновенно решить проблему теневой занятости, даже в результате ротации губернатора-коммуниста на губернатора-единоросса. Тут задействованы более глубинные процессы, справляться с которыми нам придётся и всей республикой, и всей страной…
Константин Обеленский
