Публикация СМИ «Пульс Хакасии» Топливный кризис: почему наши кандидаты ходят вокруг да около серьёзных проблем вызвала определенный резонанс и очередной виток рассуждений о том, где проходят границы ответственности между исполнительной и законодательной властью, насколько депутаты могут и должны участвовать в кризисные временя для общества.
Свой расширенный комментарий на этот счет дал нашей редакции Дмитрий Тортев, который профессионально знает о работе законодательных собраний в разных регионах страны, привлекался к деятельности экспертных советов парламента Хакасии и являющийся действующим членом экспертного совета комитета по защите конкуренции Госдумы, секретарь движения «Большая Россия».
***
Кризис идентичности региональных парламентов. Июльско-августовский топливный кризис обнажил не только проблемы с переработкой и логистикой в федеральном масштабе, но и серьезный разрыв в политической активности региональных элит. Пока большинство законодательных собраний ограничивались кулуарными консультациями или вовсе молчали, отдельные субъекты Федерации превратили площадку регионального парламента в инструмент разумного давления на федеральный центр. Результаты этой разницы очевидны – в регионах, где парламентарии выступили консолидированно, ситуация начала сдвигаться с мертвой точки быстрее.
Самым громким публичным демаршем стало обращение Законодательного собрания Иркутской области, направленное в адрес главы Совета Федерации Валентины Матвиенко в конце июля этого года. Документ, подписанный представителями всех фракций без исключения, содержал конкретный план действий. Парламентарии потребовали ввести гарантированные квоты на поставку моторного топлива из ресурсов крупных производителей напрямую независимым АЗС, которые доминируют в удаленных районах (в Приангарье на них приходится более 70% рынка). Отдельным пунктом шло предложение о временном механизме межрегионального перераспределения топливных ресурсов внутри Сибирского федерального округа, чтобы выровнять дисбаланс между соседними территориями.
Эта инициатива не осталась незамеченной. Вскоре независимые сети «БРК» и «КрайсНефть» начали получать отгрузки с разных НПЗ страны, и уже 3 июля они возобновили заправку физических лиц. Хотя до полного разрешения кризиса еще далеко (ранее глава Приангарья Игорь Кобзев констатировал дефицит топлива, превысивший 80% от потребности), сам факт, что региональный парламент смог составить и продавить конкретные решения, принципиален. Он показал, что когда депутаты выступают единым фронтом, их реально слышат на федеральном уровне.
Однако иркутский случай — скорее исключение. За два месяца кризиса подавляющее большинство законодательных собраний Сибири и Дальнего Востока, где проблема стояла не менее остро, не произвело сопоставимых по резонансу действий. В лучшем случае депутаты отправляли запросы в региональные управления ФАС или профильные министерства, но полноценного выхода на руководство страны через Совет Федерации, как это сделали иркутяне, не случилось. Не было никаких сообщений в публичном поле об инициативах от Хакасии, Забайкалья, Бурятии или Красноярского края, адресованных напрямую Валентине Матвиенко или Михаилу Мишустину. Даже в Кузбассе, где угольная и транспортная зависимость от дизеля является критической для уборочной кампании, местные парламентарии ограничились частными запросами, а не консолидированной публичной позицией.
Эта пассивность — стратегический просчет, особенно в предвыборный период. До выборов в Государственную Думу остается меньше полутора месяцев, и избиратель, простоявший летом в очередях на заправках по нескольку часов, четко фиксирует, кто из его представителей боролся за его интересы, а кто отмалчивался. Разные партии традиционно используют трибуну для критики правительства, но в этот раз у них был шанс перейти от критики к конструктивным предложениям, как это сделали в Иркутской области, где обращение поддержали все фракции. Там, где они этого не сделали, выигрышный кейс упущен. Соответственно, растет роль и узнаваемость и непарламентских партий, и политиков, которые заходят в публичное пространство с грамотными программами действий.
Что касается региональных парламентов, то их роль в таких кризисах не сводится к ожиданию решений из Москвы. У них есть конкретные полномочия и рычаги влияния. И конкретные шаги, которые могли бы согласованно предпринять законодательные органы субъектов Федерации, где топливный кризис принял особенно острые формы, неоднократно обсуждались в публичном и экспертном сообществе.
Первый шаг — аудит. Профильные парламентские комитеты могут направить запросы всем операторам АЗС и нефтебазам о текущих запасах, графике поставок и ценах закупки. Эта информация не является коммерческой тайной в условиях чрезвычайной ситуации. Цель этой меры — получить объективную карту дефицита и выявить точки, где завышение розничных цен явно не обусловлено закупочной стоимостью.
Второй шаг — механизм гарантированных поставок для независимых сетей региона. Региональный парламент принимает постановление, обязывающее правительство субъекта заключить с крупными ВИНКами соглашения о минимальных квотах на отгрузку топлива независимым операторам в обмен на содействие в логистике или предоставление региональных преференций. Если ВИНК отказывается, парламент направляет материалы в ФАС для проверки на предмет злоупотребления доминирующим положением.
Третий шаг — создание регионального резервного фонда топлива для государственных нужд. Средства на его формирование изыскиваются из резервного фонда субъекта или за счет перераспределения бюджетных и казначейских кредитов. Фонд используется исключительно для обеспечения посевной, уборочной и отопительного сезона.
Эти шаги не требуют изменения федерального законодательства, опираются на существующие полномочия регионов и уже частично апробированы. Их реализация — вопрос политической воли, а не компетенции. В предвыборный период депутаты, которые смогут предъявить избирателю конкретные результаты, получат несоизмеримо больше доверия, чем те, кто ограничится критикой федерального центра. Более того, глухое молчание в момент, когда эти инструменты минимизации объективных последствий топливного кризиса наиболее востребованы, — это невыполнение прямых депутатских обязанностей по защите интересов своих избирателей. Тем более, что мы видим, что иркутский пример доказал – такие действия приносят результат.
Дмитрий Тортев, секретарь движения «Большая Россия».
