Комментарии к публикации Паровоз Коновалова может оказаться сильнее Собянина: разница между Москвой и «остальной» Россией побудили расшить высказанные там мысли.
Некоторые товарищи и господа, судя по тональности высказываний, поняли концепт Коновалов-Собянин слишком прямолинейно: один, мол, за бедных, другой за богатых. Мы далеко не в XIX веке, и идеи социального равенства вышли принципиально на другой уровень.
Мысли, которые раз за разом преследуют информационную повестку, складываются в простую картину: Москва является образчиком развития и притяжения финансов, а очень многие регионы страны при этом влачат существование. Причем дело не только в «собянинской тротуарной плитке», дело в самом антураже столицы — дорогие машины, привратники у дверей гостиниц. Это как другой мир для тех, кто приехал из глубинки. И когда допускаются такие сравнения, что Коновалов — типичный замкадовец, воспринимать это не стоит как то, что он представитель бедноты. Скорее, важно читать происходящее географически: волею судеб наш «местный и честный» превращается в общероссийскую концепцию — лицо регионов и чаяний, связанных с демократичностью выбора. Согласитесь, это достаточно фундаментально.
Приведем цифры из «Региональных комментариев». По данным Росстата, в I квартале текущего года официальная граница бедности составила 17 606 рублей. Уровень бедности снизился до 7,7% против 8,1% годом ранее. Однако за средними цифрами скрывается глубокое региональное неравенство: если в Москве, Санкт-Петербурге и северных нефтегазовых регионах показатель не превышает 3-4%, то в Бурятии, Хакасии, Якутии, Дагестане — более 10%. Лидером антирейтинга является Ингушетия, где за официальной чертой бедности находится 24,3% населения.
Думается, что ключевое в этой приведенной статистике — формулировка «глубокое региональное неравенство». И именно это синхронно с тем, что мы подчеркиваем в наших материалах и что переходит в федеральную информационную повестку: Валентин Коновалов — не просто лицо, а фундаментальное обращение к образу регионов России, к тому, что дальше от центра и на чем во многом держится страна.
Также уверены, что нужно еще раз обратиться к источнику, с которого началась дискуссия, а именно к Клубу регионов: «Инвентаризация социальных настроений. Совсем другое дело — что у Собянина и Коновалова за плечами. Первый возглавляет самый благополучный и богатый регион страны (пусть и слегка оцарапанный украинскими беспилотниками), куда стекаются все ресурсы. Хакасия что при Коновалове, что при свергнутом им Викторе Зимине — типичный пример „Замкадья“ — дотационной территории, федеральной поддержки которому хватает разве что на выполнение социального минимума, но не строительство фонтанов или регулярное обновление плитки на тротуарах. В этом смысле заочная схватка Собянина с Коноваловым станет сражением двух России: богатой и бедной; системной и протестно настроенной; битвой верящих в светлое будущее со скептиками-пессимистами. Дать обеим группам возможность безопасного самовыражения — задача, которую на этих выборах, помимо победы „Единой России“, ставит перед собой федеральный центр для актуализации общего курса и коррекции отдельных направлений социальной архитектуры».
Этот фрагмент очень интересен тем, что, с одной стороны, он накаляет повестку — разделяет Россию на две и противопоставляет их между собой. При этом — то ли случайно, то ли сознательно — в тексте заложены эпитеты: одна сторона за развитие и за светлое будущее, а вторая — скептики, пессимисты. Откуда взялся такой вывод, относительно «социальности», что он равен «скепсису», сказать сложно и с этим точно можно поспорить. Но отметим и другое: материал сглаживает натяжение струны тем, что противоборство концепций должно пойти на пользу федеральному центру, который сможет сверить настроения и сделать коррекцию отдельных направлений социальной архитектуры.
В этом и есть ценность любых выборов. Об этом не раз говорили политические аналитики: набор голосов, отдаваемых той или иной партии, позволяет увидеть направленность устремлений общества и его запрос в целом. В этом смысле сейчас на плечах нашего главы лежит ответственность за широкое географическое пространство: чтобы центр не делал между регионами огромной пропасти и уделял им больше внимания.
Александр Рыков
